мнение
Романович Александр

Романович Александр: Наши бесхозно-многострадальные леса

Навести порядок в лесах Московской области давно пора! Региону не принадлежат полномочия в сфере леса. Нашими лесами распоряжается управление лесного хозяйства по Московской области и Москве (Мослесхоз) – структурное подразделение Рослесхоза. То, как распоряжается, мы в полной мере оценили позапрошлым летом, во время беспрецедентных пожаров.

Между тем, специалисты утверждают, что до 2004 года российская система охраны лесов была достаточно надежной, она основывалась на обходах участков, закрепленных персонально за работниками государственной лесной охраны, армия которых насчитывала 70 тысяч человек. Они досконально знали свои участки, вырубали сухостой, ходили в рейды с ранцевыми огнетушителями, были способны оперативно потушить начавшийся пожар.

Леса центральной части страны были покрыты сетью наблюдательных вышек. Авиационная лесоохрана России считалась одной из лучших в Европе. Подмосковные пожары 2002 года были ликвидированы малой кровью.

Первый удар по пожарной безопасности лесов России в целом и Подмосковья в частности был нанесен в 2005 году, когда полномочия специалистов по охране леса были переданы сотрудникам Росприроднадзора, штат которого составляет 10 тысяч человек, не обладающих навыками тушения пожаров. Один инспектор Росприроднадзора является ответственным в среднем за 300 тысяч гектаров леса. Способен ли он проконтролировать такие просторы?

Однако Змей Горыныч был спущен с цепи в январе 2007 года депутатами думской фракции "Единая Россия", пропихнувшими в трех чтениях новый Лесной кодекс, по которому 80% лесов передавалось в частные руки и упразднялась лесная охрана. Голоса против, возражения специалистов, сигналы тревоги – не были услышаны.

За новым Лесным кодексом стояли две мощные лоббистские группировки - целлюлозно-бумажные комбинаты во главе с крупнейшим владельцем ЦБК Олегом Дерипаской и застройщики всевозможных золотоносных Рублевок. Попробуй возрази!

Противопожарное обустройство лесов, т.е. строительство противопожарных дорог, посадочных площадок для вертолетов, прокладка просек, содержание пожарной техники и запасов горюче-смазочных материалов – все это было отнесено к сфере ответственности арендаторов. Практика показала, что дорогостоящая деятельность по противопожарному обустройству лесов стала носить формальный характер.

После ввода в действие нового Лесного кодекса и фактической ликвидации лесничеств и "Авиалесоохраны" как единой структуры любой засушливый год может стать катастрофическим, предупреждали специалисты. Эти предостережения не были пустым звуком. За 3 года после ликвидации гослесохраны площади лесных пожаров выросли вдвое. В такой ситуации даже странно, что мега-пожары не полыхнули сразу, а дождались лета-2010, побившего 130-летний рекорд по жаре и засухе.

На предотвращение лесных пожаров в Канаде ежегодно тратится порядка 1 миллиарда долларов в год. В США – 2-2,5 миллиарда. В России в 2010 году на защиту лесов от огня было потрачено 2,2 миллиарда, вот только не долларов, а рублей. Не думаю, что сегодня сумма лесных затрат значительно выросла.

Одним словом, несмотря на тот факт, что площадь российских лесов больше чем площадь лесов в Канаде, и тем более в Америке, наше государство тратит на мониторинг, профилактику и борьбу с природными пожарами в 30 раз меньше средств, чем страны Северной Америки.

Другая большая проблема заключается в том, что в России все средства, собранные на безопасное пользование лесом, направляются в федеральный центр и только после этого частично возвращаются на места. Для сравнения: в США и Канаде подавляющая часть "лесных денег" остается в бюджете штата или провинции, на территории которых расположены лесные угодья.

А в нашей стране регионы получают лишь часть «лесных денег» в виде субвенций, причем, иногда с серьезной задержкой. Из-за этого на местах не всегда можно во всеоружии встретить очередной пожароопасный сезон, т.е. приобрести или обновить необходимую технику, снаряжение, запасы топлива и пр.

Ежегодно в России сгорают гигантские площади лесов. По официальной статистике - до 2 миллионов гектаров в год, по неофициальной - до 6 миллионов. Разница цифр объясняется тем, что приблизительно треть российских лесов официально находится вне зоны охраны от пожаров, т.е. об этой территории нет никаких данных.

Нет реестра лесных угодий, нет экологической экспертизы, об этих лесах просто забыли. Нет в России и единой системы контроля лесных пожаров. В богатейшей природными ресурсами стране мира на это не находится средств. Вот и горим.

В августе 2010 года, когда подмосковные леса еще дымились, президент Дмитрий Медведев заявил о необходимости провести детальную инвентаризацию Лесного кодекса России. Медведев признал, что в кодексе есть пункты, требующие корректировки, в том числе касающиеся управления лесным фондом, и поручил правительству проработать документ. Дальнейшее лично мне неизвестно, не удивлюсь, если узнаю, что разумный наказ президента либо повис в воздухе, либо был выполнен формально.

Именно поэтому я горячо поддерживаю инициативу нового губернатора Московской области о передаче подмосковных лесов в ведение областных властей и не вижу в этом ничего нереального. Насколько мне известно, полномочия по управлению лесами передадут Подмосковью 1 июля нынешнего года, в связи с чем в составе правительства области будет создан комитет лесного хозяйства. Крайне важной я также считаю инициативу Сергея Шойгу об увеличении количества лесников в пять раз.

Московская область сможет позаботиться о своих лесах лучше, чем Рослесхоз. Лучше поздно, чем никогда.

Присылать мне ответы на мой комментарий